Досье
Жизнь Мэрилин...
... и смерть
Она
Фильмография
Фильмы о Монро
Виртуальный музей
Видеоархив Аудиозаписи Публикации о Монро
Цитаты Мэрилин
Статьи

На правах рекламы:

Ветклиники в жулебино innovet-clinic.ru.

• Лечебные травы алтая купить настои лечебные altaitrava24.ru/category/travy-altaya/.

Главная / Публикации / К. Делэ. «Мэрилин Монро. Нелюбимая»

Контракт и свадьба

«Самая знаменитая блондинка Америки, кинозвезда, в настоящий момент встречается с человеком, известным своими симпатиями к левым». Парочка попадает в зону пристального внимания ФБР. Особый интерес к ней проявляет шеф Бюро, коварный и опасный Джон Гувер1, которому не мешало бы призадуматься о собственном моральном облике и быть разборчивее в связях.

Из насиженного гнездышка в «Уолдорф» Мэрилин переезжает в квартирку на Саттон-Плейс-Гарден, 2. Жизнь Миллера из-за нее перевернулась с ног на голову, но он сияет от счастья. Строгий, подтянутый, в очках, Миллер похож на президента Америки прежних времен. Артур Миллер родился в богатом доме, расположенном в верхней части Гарлема недалеко от Центрального парка. В ту пору отец будущего драматурга Исидор Миллер процветал. Его компании принадлежала фабрика, салон-магазин; штат администрации и работников, занимавшихся пошивом женской одежды, насчитывал более восьмисот человек. Августа Миллер, в семье ее звали Гасси, сначала произвела на свет Кермита, потом Артура, своего любимчика, и, наконец, их сестру Джоану. Исидор Миллер родился в австрийской провинции, до шести лет жил с родителями в штетле, а потом, как и тысячи других эмигрантов-евреев, отправился на пароходе в Америку с картонной биркой на шее. Исидор — яркий пример воплощения американской мечты, мифа о том, как, не имея ни гроша за душой, исключительно благодаря упорной работе сколотить себе состояние. Гасси, в отличие от мужа, воспитывалась не в Лоуэр-Ист-Сайд и имела приличное образование, позволявшее ей работать учительницей начальных классов и весьма критично высказываться о материализме «дельцов, помешавшихся на деньгах». В доме Миллеров постоянно звучала классическая музыка: Гасси прививала детям хороший вкус. В отличие от старшего брата, Артур не блистал способностями и даже в легкой атлетике не мог с ним сравниться, хотя имел великолепные данные. При всем разнообразии увлечений больше всего Артуру нравилось гонять на велосипеде.

Жизнь семьи изменилась раз и навсегда примерно через год после бармицвы Артура. В черный четверг двадцать четвертого октября тысяча девятьсот двадцать девятого года произошел биржевой крах, и предприятие Миллера обанкротилось. Исидор, вложив в акции большую часть состояния, доставшегося ему потом и кровью, в одночасье лишился всего. Это была катастрофа. Миллеры переехали в Бруклин. Артура записали в новый лицей «Авраам Линкольн», куда он ходил почти через всю Оушен-Парквей-авеню. Его мать, прежде деятельная и элегантная, впала в депрессию, сменила бархатные туфельки на тапочки и превратилась в домохозяйку, забывшую о себе под бременем забот. Артур болезненно воспринимал произошедшую с ней метаморфозу и во всех бедах своей семьи обвинял жесткую, бескомпромиссную капиталистическую систему. Он и впоследствии сохранял неоднозначное отношение к устройству американского общества.

Миллер, подтянутый и мускулистый, отчасти похож на Дагерти и Ди Маджио, и ему самому по нраву горячность и сила предыдущих мужей Мэрилин. Супруга Артура Мэри Слэттери фактически содержала его в начале писательской карьерой, в первые годы их совместной жизни она работала официанткой, потом устроилась редактором в издательство «Харпер энд Бразерс». Прелесть отношений с Мэрилин в том, что ей Артур ничем не обязан и ничего не должен. Кстати, Миллер, как часто бывает с теми, кого в юности ужалила бедность, был экономным, чтобы не сказать скупым, никогда не брал такси и не бросал деньги на ветер.

Влюбленных покрывают Эли Уоллах и Норман Ростен. Последний видит в Мэрилин поэта, а она показывает ему свои стихи. Или скорее трепеты и страхи. Ей чудится, как ночами на темных улицах под луной дома превращаются в мертвецов с горящими глазами. Она грезит о любимом, ищет его в юдоли скорби. «Одиночество — сохраняйте спокойствие»2.

Ее романтическая чувствительность подпитывается поэзией Райнера Марии Рильке. «Письма к молодому поэту» — своеобразное учебное пособие для Мэрилин: «Если бы его не было, в некоторые моменты я бы, наверное, думала, что сошла с ума. Когда артист... извините, но я считаю себя почти состоявшейся артисткой, и тут наверняка все рассмеются... поэтому-то я и прошу прощенья... когда артист любой ценой ищет правду, у него иногда возникает ощущение, что он на грани безумия. Но это на самом деле не безумие. Это лишь попытка выразить самое правдивое, что в нем есть; и поверьте мне, это очень трудно. Бывают дни, когда говоришь сам себе: будь настоящим, и все! И не получается. А в другие дни это так просто!»

Тем временем деньги, пущенные Милтоном Грином на раскрутку их с Мэрилин компании, стремительно таяли. Норман Мейлер, писатель и будущий биограф Монро, недвусмысленно заявил: «Милтон готовился бороздить океан бизнеса в тазу!» Финансовые проблемы заставили Милтона пойти на крайнюю меру и заложить в ипотеку дом, чтобы содержать Мэрилин: слишком крупную ставку он на нее сделал. Милтон пытается выбраться из водоворота финансовых неприятностей и ищет человека, готового вложиться в «Мэрилин Продакшнс». Безуспешно. Однако не зря Милтон крутится как белка в колесе: пари на Мэрилин он выиграет, актриса в скором времени получит весьма выгодное предложение. Место старого врага Мэрилин Занука, который сосредоточил свои усилия на производстве независимого кино в Европе, занял Бадди Адлер. Переговоры прошли быстро, у нового вице-президента «Двадцатый век Фокс» было одно желание — понравиться своей самой яркой звезде. В итоге тридцать первого декабря тысяча девятьсот пятьдесят пятого года Мэрилин подписала новый контракт. Вдобавок студия перевела на счет «Монро Продакшнс» двести тысяч долларов для покупки прав на сценарий. Милтон на эти деньги приобретет «Принца и хористку», комедию Теренса Реттигена, имевшую большой успех на театральных подмостках Лондона во многом благодаря исполнителям главных ролей — Лоренсу Оливье и его супруге Вивьен Ли, блистательному актерскому дуэту. Мэрилин дает согласие, не читая текста.

Условия договора таковы: в течение семи лет Мэрилин должна сняться в четырех фильмах студии, каждый с бюджетом в сто тысяч долларов, плюс она имеет право раз в год сниматься в одном фильме по своему усмотрению и принимать участие в шести телевизионных передачах. Пока она работает для «Фокс» ей полагается пятьсот долларов в неделю на личные расходы и горничная. За ней остается право утверждать режиссера и назначать оператора. Брошенная сиротка стала роскошной блондинкой, президентом солидной компании, где ей в общей доле принадлежит пятьдесят один процент. Милтону Грину соответственно — сорок девять процентов.

В письме Милтону Грину Мэрилин не скрывает своих надежд: «Покинув Голливуд и вернувшись в Нью-Йорк, я чувствую, что наконец смогу стать самой собой».

«Поднимитесь скорее, вы, желанные бури!»3 Билли Уайлдер оказался провидцем, еще несколько лет назад утверждая, что «Мэрилин — уникальное явление природы, как Ниагарский водопад или Большой Каньон». Надо признать: в эпопее возрождения Мэрилин Милтон Грин проявил себя как отличный стратег.

В Нью-Йорке объявлена пресс-конференция. Сэр Лоуренс Оливье, режиссер «Принца и хористки» и звездный партнер Мэрилин, пребывал в прекрасном настроении, но постепенно начал терять самообладание, видя, что Мэрилин — элегантная пышная прическа, черное бархатное платье-футляр с глубоким декольте — отвлекает внимание публики на себя. Похоже, Мэрилин бросает Оливье вызов. У нее вдруг обрывается бретелька. Опять все взгляды устремлены на нее. Ей тут же приносят английскую булавку, секунда — и платье в порядке. Мэрилин победоносно смотрит на Оливье, а тот недалек от мысли, что инцидент был подстроен. После психоаналитических сеансов Мэрилин чувствует себя гораздо увереннее. В детстве ее постоянно одергивали, заставляли быть тихой и послушной, теперь она вольна вести себя так, как ей хочется.

Вспышки фотоаппаратов, каверзные вопросы... Журналисты стараются загнать ее в тупик. Она заявляет, что хочет выбирать роли и мечтает сыграть Грушеньку, героиню Достоевского, проститутку, жертву любви, добросердечную и жестокую, воплощение загадочной русской души. «Как пишется имя героини?»4 — интересует репортер. Слышатся смешки... А Мэрилин так хочется, чтобы ее воспринимали всерьез. Оскорбленный Лоуренс Оливье чувствует, что рядом с Мэрилин ему явно отведена роль второго плана. В «Принце и хористке» на фоне ее невероятно искренней и восторженной танцовщицы мисс Элси Марины балканский принц в монокле — Лоуренс Оливье утрачивает блеск своей славы и воспринимается, как «has been»5. Очарование Мэрилин затмит того, кто возомнил себя суперпрофессионалом.

Мэрилин выигрывает, казалось бы, безнадежную партию. Самая высокооплачиваемая в мире актриса собирается вернуться в Голливуд с парадного входа. «Фокс» доверяет ей роль Шери в фильме «Автобусная остановка», который должен снимать Джошуа Логан. Эта комедия по пьесе Уильяма Инджа уже несколько сезонов с огромным успехом идет на Бродвее. В юности Логан выиграл конкурс на право поездки в Россию на учебу в театр Станиславского и, прожив год в Москве, научился у мэтра упорству и терпению. Восторженные отзывы Страсберга о его новой ученице поражают сдержанного Логана: «Она прирожденная актриса. В ней есть та же непостижимая тайна, что и в Гарбо». Логан тогда имел представление только о сексуальной походке Мэрилин и ее прерывающемся голоске.

Триумфальное появление Мэрилин в международном аэропорту Лос-Анджелеса освещалось Times. За пятнадцать месяцев, что Мэрилин отсутствовала, по ней успели соскучиться и полюбили ее еще больше. Овация, которую ей устроили, не поддается описанию. Как когда-то в Корее Мэрилин потребовалось два часа, чтобы вырваться из толпы поклонников. Под щелканье сотен фотоаппаратов она спустилась по трапу в закрытом почти под горло маленьком черном платье и в перчатках. «Это новая Мэрилин Монро?» — спрашивают репортеры. «Только платье другое, а я все та же», — с лица актрисы не сходит фирменная улыбка.

Милтон и Эми Грин сняли дом на бульваре Беверли-Глен, Мэрилин оставила там вещи, прежде чем отправиться в Аризону на съемки «Автобусной остановки». На самом деле Мэрилин до ужаса боится Наташи Лайтесс, ведь та, узнав про возвращение своей Галатеи из Нью-Йорка, по-прежнему надеется на встречу с ней. Мэрилин выторговала у «Фокс» заоблачный гонорар для Полы Страсберг, супруги Ли, за услуги консультанта по актерскому мастерству. Новую дуэнью Мэрилин, маленькую, пухлую, в черном платке и темных очках, с огромной сумкой, набитой витаминами и лекарствами, возненавидела вся съемочная группа и прозвала ее «черная баронесса».

Мэрилин поведет себя неслыханно жестоко по отношению к Наташе, которая считает, что всему ее научила, и повсюду трезвонит, какая Мэрилин в двадцать два года была манерная — ничего своего, как чудовищно заикалась... И это она, Наташа, поставила ей голос и репетировала с ней до изнеможения. Проще простого было включить Лайтесс в платежную ведомость «Фокс». Одно слово, и Наташа тут же оказалась бы в списках, но Мэрилин и пальцем не пошевелила и не отвечала ни на телефонные звонки, ни на полные отчаяния письма своей бывшей наставницы. Мэрилин, прекрасная сирена, скользящая по волнам, осталась по-детски беспощадной. В каждой из матрон, сменявших друг друга, учивших ее кто жить, кто играть, Мэрилин старалась найти замену своей сумасшедшей матери, от которой не смогла и не сможет отказаться. Теперь волшебная аура окружает Полу: она нянчится с Мэрилин, опекает ее и, главное, не устает нахваливать. Наташа, покинутая Мэрилин без объяснений, отлично понимает, что место возле ее протеже отныне занято новой пройдохой, заявляет, что Монро нужна ей «как собаке пятая нога», и опять не получает никакой реакции Мэрилин.

Милтон Грин всей душой ненавидит Полу, впрочем, и Артуру Миллеру приходится делать над собой большие усилия, чтобы терпеть ее и Ли. Разве можно игнорировать тот факт, что Страсберги недавно переехали из старой квартиры в роскошные апартаменты с видом на Центральный парк? Щедрость Мэрилин по отношению к ним не знает границ.

Мэрилин — новая, жертвенная — берется за роль Шери, певички из ночного бара. Бедная девушка, без таланта и связей, увядает без любви, пока не встречает молодого наивного ковбоя Бо. И тут возникают сложности. Мэрилин скоро тридцать, возраст — ее больной вопрос. Она потреплет Грину и Логану немало нервов, пока они будут выбирать актера на роль Бо, горячего парня, во что бы то ни стало пытающегося добиться Шери. Вначале рассматривалась кандидатура Рока Хадсона. Но не затмит ли ее этот слишком юный, худощавый красавчик? Не будет ли она выглядеть на экране как женщина, годящаяся ему в матери? В итоге утвердили Дона Мюррея, никому тогда не известного двадцати семилетнего работника телевидения. Мэрилин, по сценарию, должна поссориться со своим навязчивым поклонником и залепить ему пощечину. «Отпустите мой хвост», — возмущается она, вырывая из-под ковбойского сапога порванный тяжелый шлейф с блестками, с размаху бьет Бо по лицу и рассекает ему щеку. Логан требует, чтобы Мэрилин извинилась, она уже готова была это сделать, но в последний момент разрыдалась: «Черт, черт, черт! Я не буду просить у вас прощения, нет, нет и нет!»

Мэрилин отказалась от вычурных нарядов, подобранных для фильма художниками, и лично отправилась с Грином в магазин театральных костюмов. Перерыв груды одежды, она отложила безвкусные юбки и яркие кимоно, по ее мнению больше подходящие деревенской девушке, мечтавшей о роскошных платьях и не имевшей ни малейшего шанса когда-нибудь их приобрести. Чулки в сетку и трико со шлейфом, сшитое Травиллой для сцены, в которой Шери исполняет песню «That Old Black Magic»6 в кафе «Голубой дракон», Мэрилин потребовала порвать в нескольких местах и залатать дырки грубой ниткой. Потом кое-где срезала блестки и поставила пятна... Грин придумал Мэрилин мелово-белый грим, ведь ее Шери до четырех часов утра выступает в баре и не бывает на солнце. Логан восхищается смелостью Мэрилин, отказавшейся от макияжа и одежды и для большего правдоподобия снимавшейся голой в сцене в спальне. Мюррей, увидев ее, смутился, перепутал текст и назвал кожу Шери «чешуйчатой». Мэрилин интерпретировала его оговорку по Фрейду: слово «чешуйчатый» ассоциируется в первую очередь со змеей, а змея — фаллический символ...

Шери в исполнении Монро — создание во сто раз более трогательное и мечтательное, чем героиня пьесы. Когда Бо признается Шери в любви, она, пораженная, отнимает ото рта руку и от ее губ к пальцам тянется слюна. Логан настоял, чтобы эпизод не переснимали: «Я считаю, что это — одна из самых великих любовных сцен, сыгранных во всей истории кино».

Талант, острота момента, эмоциональный накал делают игру Мэрилин особенно выразительной, актрису кружит в вихре чувств, и внешний мир отступает на второй план. Съемочная группа должна была вылететь на родео в Финикс, но Мэрилин опоздала на рейс. Про самолет она забыть может, но строчку из текста ни за что. Логан, обладавший телосложением римского императора и внушавший трепет одним своим видом, через громкоговорители, установленные в середине площадки, призывал группу к порядку: «Главное, не смотрите на Мэрилин Монро. Я знаю, что это трудно, но так надо». В ответ ему раздались аплодисменты и смех.

Мэрилин потребовала, чтобы блондиночка Хоуп Ланж, на ее взгляд слишком холеная, чтобы быть обычной пассажиркой автобуса, перекрасилась. И Логан уступил. Съемки изматывают Мэрилин, она в слезах звонит Миллеру. Когда Айлин Хекарт, сыгравшая в фильме официантку Веру, сказала Монро: «Артур передает вам привет», та посмотрела на нее отрешенно, словно не понимая, о чем речь. Мисс Хекарт недавно играла в пьесе «Вид с моста», много общалась с Миллером и была в курсе дела. Несколько опешив, она уточнила: «Вы же знаете... Артур Миллер». На следующий день Мэрилин, которую Миллер уже успел успокоить по телефону, прошептала Айлин с заговорщицким видом, что это должно остаться их тайной.

Каждую сцену переделывали по десять, а иногда и пятнадцать раз. «Пленки у нас ушло в десять раз больше, чем мы используем обычно, но в конце у меня накопилось множество отснятых эпизодов, где в Мэрилин нет ни малейшего напряжения и все ее переживания выплывают на поверхность». Душа Мэрилин в смятении, и от внимания режиссера это, естественно, не ускользает. Тем не менее критика не заставляет себя долго ждать. Билли Уайлдер в своем репертуаре: «Мэрилин — девушка для календаря, она страстная и привлекательная, очень даже привлекательная — и ее сравнивают с Элеонорой Дузе. Дузе — этого более чем достаточно. Но Мэрилин уверяют, что она актриса, способная на глубокие чувства. Я не знаю, кто несет за это ответственность. Казан? Страсберг? Милтон Грин? Впрочем, кто такой Милтон Грин? Селедка, сервированная по последней кулинарной моде: украсьте селедку шоколадным мороженым — вы испортите мороженое, а сельдь, черт ее возьми, не станет от этого вкуснее».

И продолжает: «Если ей надо ходить в школу, то почему бы не в Швейцарии, "Патек Филипп" быстро отучил бы ее опаздывать. Своим успехом Мэрилин полностью обязана тому, что не умеет играть».

Логан лучше, чем кто-либо, мог понять панику Мэрилин: сколько раз у него самого случались нервные срывы, и он вынужден был ложиться в клинику7. «Все, кто чего-то стоит в театре, неуверены в себе и испытывают страх», — заявлял он. Но всему есть предел. Одну из сцен Логан и его оператор хотели снимать в восемнадцать двадцать, в «магический час», чтобы создать на экране иллюзию ночи. Группа приехала в автобусный парк в два часа. Мэрилин отправилась в импровизированную гримерку делать прическу. С благословения Грина ее волосы завиты в мелкие кудряшки и тонированы в блеклый рыжий вместо роскошной платины. Прошел час, другой, ассистент, которого Логан послал поторопить Монро, не возвращался. Оператор ругается: «У нас осталось не больше четырех минут, Джош, четыре минуты, и все!» — «Меня зовут Джошуа, — орет в ответ Логан, — и я не могу остановить солнце!» Наконец терпение Логана лопнуло, и он понесся в гримерную. Мэрилин, сидевшая за туалетным столиком, головы не повернула от зеркала. «Быстро, — закричал разъяренный Логан, — давай бегом!» Он грубо схватил Мэрилин за руку и потащил в это проклятое депо, каждая минута была на вес золота... На экране испуг и крайнее замешательство Шери выглядят более чем правдоподобно... Мэрилин, увы, не получила заслуженного признания. «Оскар» достался Ингрид Бергман за роль Анастасии в одноименном фильме, а не Мэрилин, которой эта награда была очень нужна, чтобы украсить ей начало своей новой жизни.

Миллер бессилен помочь Мэрилин в ее бедах, слишком далеко Аризона от химерической Невады, вдохновившей его позже на написание «Неприкаянных». Единственный компаньон Миллера — Сол Беллоу8, оказавшийся здесь, в краю переселенцев, по тем же причинам. Единственная связь с внешним миром — телефон, будка расположена в шестидесяти километрах от захолустья, где поселились Миллер и Беллоу. Если надо позвонить, за ними на грузовичке приезжает телефонист. В той самой будке Миллер, услышав слабый, полный отчаяния голос Мэрилин, покрылся холодным потом, зашатался и потерял сознание. «О, папа, у меня ничего не получается, я не могу так работать». По интонации Миллер понял, насколько велико ее горе. Милтон Грин не сумел защитить Мэрилин от Логана, и она вообразила, будто весь мир ее возненавидел! Никогда до этого Миллер не падал в обморок, а тут почувствовал страшное головокружение, сполз по стенке и очнулся лишь через пару минут. «Я угадывал в ней новый страх, брошенное на произвол судьбы существо, вопиющее к равнодушным небесам, и задыхался от бессилия: нас разделяли километры пустыни. Как бы на самом деле ни обстояло дело с Логаном, у меня нет ни малейшего сомнения, что Мэрилин говорила совершенно искренне, она танцевала на туго натянутом канате, и если бы сорвалась, это был бы конец».

«Мне казалось, что я любил ее всю жизнь. Ее боль была моей болью. Я чувствовал, что кровь во мне заговорила», — каждая строчка Миллера пронизана любовью. В унылой и мрачной Неваде, у озера, где водились редкие, сохранившиеся с доисторических времен рыбы, Миллер вновь обретает уверенность в себе. Как бы ни страдал он от разрыва с семьей, как бы ни мучила его вина перед детьми, жизнь-насмешница «с ее непостижимым и непреложным порядком» продолжалась. И обязывала его писать. «Быть цельным, только сексуальность и ум». В конце концов, не он первый: его собратья по перу — Ибсен, Чехов, Стриндберг уже переживали нечто подобное. Разве Клодель в «Обмене» не писал: «Пьеса — это всегда новая женщина».

Если задуматься, кем Мэрилин была для Миллера? Парадокс и тайна. «В какие-то моменты она бывала груба, словно уличная девка, но потом ее охватывала та юношеская поэтическая восторженность, которую далеко не многим удается сохранить с годами».

Желание мужчины — превыше всего, а Мэрилин к тому же убеждена, что это его священное право. Нарушая закон штата Невада о разводе, Миллер и Мэрилин по выходным тайно встречались в отеле «Шато Мармон». Пола занимала соседний номер и каждый день названивала Ли в Нью-Йорк, чтобы посоветоваться с ним насчет проблем Мэрилин. Поначалу Миллер не слишком серьезно воспринимал Полу, напоминавшую мольеровского персонажа, но уже скоро эта пиявка, присосавшаяся к Мэрилин, стала его явно раздражать. «Наши ученики живут по всему миру», — заявила она, вцепившись в Миллера мертвой хваткой, и чуть ли не насильно потащила слушать запись выступления Ли в честь дня рождения Элеоноры Дузе. Сложив руки, она с отрешенным видом слушала голос на магнитофонной пленке, а Мэрилин, сидевшая рядом, глаз не сводила со своей наставницы, «благоговейно внимавшей гению». «Если бы тогда я выбил у Мэрилин этот костыль, она бы на ногах не устояла».

Новость, что один известный английский театральный продюсер собирается вместе с режиссером Питером Бруком ставить «Вид с моста» в то же самое время, когда Мэрилин и Лоуренс Оливье должны сниматься в «Принце и хористке», воодушевили Миллера: «Я давно мечтал, что мы с ней будем работать бок о бок, придавая друг другу силы, и, кажется, это вот-вот должно осуществиться».

Артур ждал Мэрилин в квартире на Саттон-Плейс, и, когда она приехала из аэропорта, сообщил, что настало время познакомиться с родителями. Он позвонил матери, Гассе Миллер, и повез Мэрилин в деревянный панельный дом № 1350 по Ист-стрит. Мэрилин, не накрашенная, в серой юбке, черной блузке с воротничком-стойкой и косынке на золотистых волосах, расцеловала новообретенных родителей. Будущая невестка сразу завоевала сердце Исидора Миллера, а миссис Миллер плакала от радости. Мэрилин, обливаясь слезами, воскликнула: «Впервые в моей жизни появись люди, которых я могу называть "папа" и "мама"».

Артур, с тех пор как его родители разорились, «носит в себе незаживающие раны, — говорила его сестра. — Он просто-напросто не может освободиться от этого воспоминания, укоренившегося в его нервах и мышцах».

Артур, чтобы оплачивать свои обеды, мыл посуду в университетской столовой, а по вечерам работал в научной лаборатории по исследованию рака: мыл полы и кормил тысячи подопытных мышей. В первых статьях, касавшихся конфликтов двух противоборствующих сторон, капиталистов и пролетариев, молодой репортер Миллер опирался на собственный опыт: «Я идентифицировал себя с трудящимися и писал с абсолютным знанием дела».

В тысяча девятьсот пятьдесят четвертом году Миллер не смог присутствовать на премьере «Салемских ведьм» в Национальном театре Бельгии, так как госдепартамент отказался выдать ему загранпаспорт. Теннесси Уильямс написал в управление департамента, что шокирован этим решением, больше похожим на негласное преследование его коллеги.

Любое событие из жизни влюбленных раздувается и обрастает слухами. Миллер, перефразируя высказывание Уинстона Черчилля о немцах, пишет: «Журналисты либо стелились перед Мэрилин, либо готовы были вцепиться ей в горло». Самая популярная актриса, секс-символ, и знаменитый драматург, блистательный интеллектуал, — естественно, такая пара вызывала повышенный интерес. «Две огромные планеты во Вселенной», — говорила о них Джоан, сестра Миллера, возвышенная натура. Артур и Мэрилин решили тайно отпраздновать помолвку, но журналисты, наводнившие улицы, все испортили. На следующий день газета New York Post сообщила, что любовники собираются пожениться до отъезда Мэрилин в Англию, где будут проходить съемки ее нового фильма. Миллер, которого никогда, даже в самые горячие дни маккартистского движения и травли коммунистов, не вызывали ни в один комитет, получил предписание срочно явиться в Вашингтон на заседание Комиссии по делу о «незаконном использовании паспортов Соединенных Штатов Америки».

Накануне его отъезда к Мэрилин с неожиданным визитом из Голливуда явился президент «Двадцатый век Фокс». Спирос Скурас намерен убедить Артура Миллера сотрудничать с Комиссией. Пятью годами раньше Скурас принимал драматурга и земляка-грека Казана у себя в директорском кабинете, по размерам не уступавшем корту для игры в сквош, с картой мира во всю стену, где большими красными звездами были отмечены города с представительствами его кинокомпании.

Теперь Артур Миллер открыл дверь старому усталому человеку, в смокинге. «Лысый мужчина с крепким торсом и бычьей шеей стоял в позе боксера, слегка откинув плечи, спина прямая, подбородок выдвинут вперед». Мэрилин в бежевой атласной блузке с воротником а-ля лорд Байрон, узкой белой юбке и в белых лакированных туфлях на шпильке обнялась с ним. Скурас «чуть не пустил слезу, видимо вспомнив о тех привилегиях, в которых в прежние времена вынужден был отказывать Мэрилин. "Чудесная, чудесная", — повторял он, жмурясь и зарываясь носом в волосы своей протеже».

Растроганная Мэрилин, она всегда волновалась в присутствии пожилых людей, налила Скурасу коньяку. «Потом присела рядом с ним на диван. Мэрилин смотрела на него, и ее верхняя губа слегка подрагивала, как у гордой лошади, которой хотят накинуть узду: признак еле сдерживаемого гнева того, кто сильнее». Скурас попросил ее отказаться от собственной продюсерской компании и вернуться на студию. «Я совершенно серьезно, Мэрилин, дорогая, вы сделали такую ошибку, возвращайтесь к нам, мы — ваша настоящая семья, ваши отец и мать». Потом Скурас рассказал им о храме, который построил в Лос-Анджелесе для греческой православной церкви, теперь есть чем гордиться в этой жизни. Схватил Мэрилин за руку: «Вы влюблены, моя девочка? Господь благослови». Повернулся ко мне: «Господь вас благослови, Арт. Вы должны хорошенько позаботиться об этой малышке, она мне как родная дочь, Бог — свидетель». Вздохнул: «Арт, я искренне надеюсь, что вы не совершите ужасной ошибки на заседании Комиссии, предлагаю все уладить». — «Это не обсуждается, Спирос. Я не могу на это согласиться. Мне не нравятся эти люди». В ответ Скурас проворчал: «Вы — Сократ, Арт».

У лифта Скурас с неподдельной грустью обнял и поцеловал Мэрилин, и снова лицо его стало непроницаемым. Он не привык растрачивать эмоции.

Мэрилин будет поддерживать Артура в последние дни допроса и даже поселится в доме его адвоката. Комиссия Конгресса по антиамериканской деятельности обвинит Миллера в неуважении к закону...

«Когда я замыкался, Мэрилин охватывало чувство сродни страху. Я просто оберегал рану — естественная защитная реакция, но Мэрилин считала себя отвергнутой супругой, да еще и вынужденной безвылазно сидеть целыми днями в чужом доме. Для первого раза пришлось извиняться. Она была похожа на ребенка — и на меня, — ей хотелось раствориться и телом, и душой в другом человеке, в его мире, а я отправил ее назад к самой себе».

Спасаясь от своры вездесущих папарацци, Мэрилин забаррикадировалась в своем доме и... снова горстями принялась глотать транквилизаторы. На заседании Комиссии Миллер признался в том, что в прежние годы принимал участие в коммунистических собраниях, но отказался называть имена товарищей. На вопрос: «Зачем вам нужен паспорт?» — Миллер ответил: «Чтобы поехать в Англию с женщиной, на которой я собираюсь жениться».

Новость пустили в радиоэфир, и Мэрилин, включив приемник, услышала, что скоро станет миссис Миллер. Что это? Пустяк, на который не стоит обращать внимания, или судьба? Она немедленно звонит Ростенам. «Ты это слышала? — с возмущением спрашивает она Хедду. — Он всему свету объявил, что женится на Мэрилин Монро. На мне! Невероятно. Он вообще-то не делал мне предложения». Как бы то ни было, Миллер, сев за руль старого пикапа, увозит в Роксбери, свою сельскую обитель, двух детей, мать Августу и Мэрилин. Мэрилин непременно хочет, чтобы новая свекровь научила ее готовить холодный борщ, рубленую печенку, фаршированную рыбу и куриный бульон с кнедлями из перетертой в муку мацы. Но еврейской кухней дело не ограничивается. Мэрилин решает принять иудаизм, позже ее примеру последуют Элизабет Тэйлор и Кэрролл Бейккер, и проходит курс бесед с раввином Голдбергом.

Двадцать девятого июня свадьбу Миллера и Монро, готовятся освещать более четырехсот журналистов. Корреспондентка Paris Match в Нью-Йорке, Мара Щербатова, вознамерилась опередить коллег и со своим шофером кинулась за автомобилем Миллеров. На крутом повороте машина с журналисткой вылетела с дороги и врезалась в дерево. Мара погибла на месте. «Дурное предзнаменование», — изрекла Пола Страсберг.

Перед тем как спуститься во всем блеске своей красоты к гостям, Мэрилин запаниковала и чуть было не пошла на попятный. Она признается Милтону Грину и Эми, находившимся вместе с ней в комнате невесты, что уже не хочет замуж. Жениться или вешаться — все одно веревка на шее, как говорит пословица, и лишь судьба может чудесным образом разрубить затянутую петлю. Милтон тут же заверяет встревоженную Мэрилин — он называет ее «angel face»9, — что все уладит, если таково ее желание и залог спокойствия. Этот инстинктивный шаг Мэрилин назад в последнюю минуту перед принятием решения, которое надолго связало бы ее обязательствами, говорит о многом. Все же она взяла себя в руки и спустилась с лестницы, новая Навсикая, стройная, словно молодая пальма.

Мэрилин наверняка боролась со страхом оказаться не на высоте, когда прочла слова, которые Миллер выгравировал на их обручальных кольцах: «А. и М. июнь 56. Теперь навсегда». В конце церемонии, по еврейскому обычаю, в память о разрушении Иерусалимского храма сорокаоднолетний новобрачный разбил бокал. По примете тот из молодых, кто первым наступит на осколки, будет главой семьи. Но изначально разбитый бокал — символ Первого храма, вечного союза: отпив из бокала, молодые должны навсегда стать одним, и каждый исчезнуть, рассыпавшись на тысячи осколков.

Примечания

1. Джон Гувер слыл гомосексуалистом, хотя прямых доказательств этому нет. Любовником Гувера называли его заместителя Клайда Толсона, которому Гувер завещал все свое состояние.

2. Строчка из стихотворения М. Монро.

3. Строка из повести французского писателя Ф.Р. Шатобриана (1768—1848) «Рене, или Следствия страстей».

4. Д. Спото в своей книге о М. Монро утверждает, что Мэрилин не оставила журналиста без ответа и процедила: «Поищи в книге».

5. Бывшая знаменитость (англ.).

6. «Старая черная магия» (англ.).

7. Джошуа Логан страдал маниакально-депрессивным психозом.

8. Сол Беллоу (1915—2005) — американский писатель, лауреат Нобелевской премии за 1976 г.

9. Ангельское личико (англ.).

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
  Яндекс.Метрика Главная | Ссылки | Карта сайта | Контакты
© 2022 «Мэрилин Монро».