Новости Досье
Жизнь Мэрилин...
... и смерть
Она
Фильмография
Фильмы о Монро
Виртуальный музей
Видеоархив Аудиозаписи Публикации о Монро
Цитаты Мэрилин
Магазин Гостевая Статьи

Главная / Публикации / Э. Саммерс. «Богиня. Тайны жизни и смерти Мэрилин Монро»

Глава 49

Солнце еще не поднялось, было 5 часов утра в воскресенье, 5 августа, когда в одной квартире Голливуда ожила рация. Это было жилище опытного и осмотрительного сотрудника безопасности Западного побережья. Со мной он стал разговаривать только после того, как получил письменную гарантию, что его имя ни при каких обстоятельствах упоминаться не будет. За пять продолжительных бесед, где были сложные ходы, я убедился в его опытности и правдивости показаний.

Вызов по рации, говорит работник службы безопасности, был сделан Фрэдом Оташем, голливудским частным детективом, имевшим отношение к слежке за Мэрилин Монро и братьями Кеннеди. Оташ, как он охотно признается, работал по найму. На этот раз, по иронии судьбы, ему предстояло делать прикрытие для братьев Кеннеди.

Чтобы одеться и добраться до офиса Оташа, сотруднику безопасности понадобилось двадцать минут. Там, по его словам, он увидел Оташа в компании с Питером Лоуфордом, «который вертелся, как уж под вилами».

Совещание было коротким и деловым. Работнику службы безопасности сообщили, что умерла Мэрилин Монро, которая накануне пыталась дозвониться президенту в Белый дом (он в те выходные отдыхал в Гайанниспорт), — и делала она это, будучи ужасно расстроенной из-за Роберта Кеннеди.

По словам работника безопасности, «Лоуфорд сказал, что Монро была в ярости из-за того, что ею попользовались и бросили. Она не хотела, чтобы с ней обращались, словно с куском мяса». Работник безопасности понял, что Мэрилин оставила какую-то записку, которую уже изъяли. Его задача, как ему сказали, состояла в том, чтобы обыскать весь дом актрисы и забрать, если они есть, бумаги и письма, изобличающие ее связь с братьями Кеннеди. Еще ему вменялось в обязанность найти и перекрыть все каналы, по которым может идти утечка информации.

Фрэд Оташ, ознакомившись с показаниями сотрудника безопасности, говорит: «Мне известно, что [сотрудник службы безопасности] рассказывал о том, как я звонил ему среди ночи и как мы встречались вместе с Питером Лоуфордом и обсуждали вопросы подчистки после смерти Мэрилин Монро. На это я отвечу: «Я не стану это ни подтверждать, ни опровергать». Могу только сказать, что всю правду выложу лишь перед большим советом»1.

Консультант из службы безопасности говорит, что посчитал данное ему поручение невыполнимым, но ему хорошо заплатили — речь идет о тысячах долларов. Он имел прекрасные контакты с полицией, в чем я убедился, и к девяти часам, сопровождаемый полицейским офицером, уже входил в дом Монро.

Полицейский был из другого отделения города и находиться здесь у него не было повода. Он нервничал, и в доме они провели не более двадцати минут. В общем, сотруднику службы безопасности не удалось справиться с заданием, и он покинул место происшествия с пустыми руками. Но прежде, чем уйти, он заметил одну немаловажную деталь — в комнате, выходящей в сад, была взломана конторка.

Судя по обнаруженным в доме Мэрилин счетам, предъявленным ей от компании, занимающейся замками и сейфами, тем летом она в своей конторке сменила замок. Друг Джо Ди Маджо — Харри Холл, ездивший с ним в воскресенье в дом покойной — говорит, что Ди Маджо «искал там какую-то книжку, но ее нигде не было. После Мэрилин не осталось никаких ее личных записей».

Консультант из службы безопасности звонил Лоуфорду по поводу их встречи и узнал, что «в субботу в доме Мэрилин появился Бобби Кеннеди, а вечером он какое-то время был в доме Фрэнка. Они пытались уговорить актрису приехать в особняк. Насколько я понял, Бобби прибыл в город и покинул его, как выразился Лоуфорд, с помощью Воздушных сил. Думаю, он уехал вскоре после последнего звонка Мэрилин».

Бывшая жена Лоуфорда Дебора Гулд слышала от мужа, что министр юстиции сначала хотел, чтобы Лоуфорд дал Мэрилин понять, что их роман подошел к концу. Это было дня за два до ее смерти. Потом, добавляет Гулд, она в отчаянии пыталась поговорить по телефону с Бобби. Питер упоминал, что она звонила Пэт и выяснила, где находится Бобби. Она узнала, что тот на Западном побережье, в Сан-Франциско.

На мое замечание, что, по словам Лоуфорда, сказанным им в 1973 году, те выходные Роберт Кеннеди провел на Восточном побережье, Гулд ответила: «Питер — очень хороший актер, но совсем не умеет лгать».

Гулд, ссылаясь на слова мужа, говорит, что в те выходные Роберт Кеннеди прилетел из Сан-Франциско в Лос-Анджелес. Письменные источники подтверждают, что Роберт Кеннеди действительно был в Калифорнии. Но оставался ли он в пределах Сан-Франциско или ездил в Лос-Анджелес навестить Мэрилин?

* * *

«Даже Питеру Пэну было бы трудно сделать это, — говорит Джон Бейтс, хозяин ранчо, где гостил Кеннеди. — Это все измышления». Во время отдыха на ранчо Роберт и Этель Кеннеди вместе с детьми почти все время проводили с семьей Бейтса. Несмотря на то, что они жили в отдельном коттедже для гостей, чаще всего обедали и ужинали вместе.

В субботу, в последний день жизни Мэрилин, как вспоминает Бейтс, они все вместе отправились кататься на лошадях. Он уверен, что знал бы, если бы Кеннеди отлучился на достаточно долгое время, которое требуется, чтобы долететь до Лос-Анджелеса и вернуться назад в воскресенье вскоре после полуночи.

Ранчо находится в Джилрое, в трехстах милях к северо-западу от Лос-Анджелеса. В 9.30 утра в воскресенье, как утверждает приходской священник, Кеннеди пришел на мессу в церковь Святой Марии.

Спросить кого-либо еще о пребывании Роберта Кеннеди на ранчо, кроме членов семьи Бейтса, не представляется возможным. Отдых в те выходные носил частный характер. Кеннеди опекали сотрудники ФБР из отделения Сан-Франциско, но специальный агент, занимавшийся этим делом в то время, не проявил отзывчивости и встречаться с автором не стал. Беседовать о передвижениях министра юстиции агент Фрэнк Прайс отказался.

Если в ту субботу Роберт Кеннеди действительно побывал в Лос-Анджелесе, то без самолета тут не обошлось. В том районе есть несколько взлетно-посадочных площадок, которые могут принять частный летательный аппарат. По свидетельству очевидцев из Лос-Анджелеса, Кеннеди и совершил воздушное путешествие.

По иронии судьбы, сведения об этом исходили от самого Питера Лоуфорда, человека, который публично твердил, что в те выходные Роберта Кеннеди в Лос-Анджелесе и близко не было.

Бывший партнер Мэрилин по шоу-бизнесу Милтон Грин рассказал мне, что узнал об этом, когда после смерти Мэрилин обедал с Лоуфордом в Нью-Йорке. Тот сообщил ему, что Кеннеди «был в городе. Он виделся ней. Он отправился на пляж, а Мэрилин принялась трезвонить Лоуфорду».

Два офицера полиции также как будто утверждали, что Кеннеди приезжал в Лос-Анджелес. По словам бывшего мэра Йорти, шеф полиции Паркер сообщил ему, что «в ночь ее смерти в гостинице «Беверли Хиллз» видели брата президента».

Начальник следственного отдела Тэд Брайн тоже не раз говорил, что Кеннеди был в Лос-Анджелесе. Брат Брауна, Финис, сам бывший детектив, занимался этим делом. Он беседовал с людьми, которые «утверждали, что в ночь, когда она приняла большую дозу снотворного, видели Кеннеди и Лоуфорда в гостинице. С этой информацией я отправился к Тэду, и он сказал мне, что у него были такие сведения. Он уверен в том, что в ту ночь Кеннеди находился в Лос-Анджелесе».

Хью Мак-Дональд, возглавлявший в 1962 году отдел по расследованию убийств при департаменте шерифа, вспоминает, что Тэд Браун якобы сказал: «Бобби на самом деле был в доме Лоуфорда, но на обеде с ней не встречался».

Во время недавнего расследования, проведенного окружной прокуратурой, бывший помощник окружного прокурора Джон Дикки сказал следователям, что в 1962 году располагал информацией о пребывании Кеннеди в Лос-Анджелесе и не сомневался в этом.

Из двух отрывочных сообщений — от сотрудника полиции и служащего киностудии «XX век—Фокс» Фрэнка Нейла — известно, что в город Кеннеди прилетел на вертолете, приземлившемся недалеко от павильона номер 18, на площадке, где садятся вертолеты, обслуживающие «Беверли Хилтон». Как удалось выяснить, брат президента появился в городе вскоре после обеда.

В 1982 году окружной прокурор не придал большого значения тому факту, что люди видели, как Кеннеди подъезжал днем к дому Мэрилин. Недавно мне удалось найти человека, от которого исходила эта информация. Им оказалась женщина по имени Бетти Поллард. Она говорит, что мать ее в тот день играла в бридж в соседнем доме. И вдруг хозяйка дома обратила внимание игроков на припарковавшийся автомобиль. Из машины вышел узнанный всеми Кеннеди и скрылся в доме Мэрилин. Хозяйка упомянула, что и раньше видела, как он приезжал туда.

Если данный факт имел место, то произошло это до 5.00 вечера, когда в доме Мэрилин появился доктор Гринсон. Юнис Меррей отрицает, что видела Роберта Кеннеди в тот день, но поясняет, что между двумя и четырьмя часами ходила за покупками, а оставались Мэрилин и Пэт Ньюком2.

Бывшая жена Лоуфорда, ссылаясь на слова мужа, говорит, что Кеннеди в тот день навестил Мэрилин. Порвать их отношения он сперва пытался по телефону, сказала Гулд, «и опасался, что ситуация выйдет из-под контроля, а враги воспользуются информацией и испортят ему карьеру. Питер сказал, из числа гангстеров».

Мэрилин, по словам Гулд, отказалась выслушивать его доводы, переданные через Лоуфорда, и тогда Кеннеди решил встретиться с ней в последний раз. «Он сразу приехал к Мэрилин домой», — говорит Гулд. «Мэрилин уже знала, что подошла к финалу и все кончено, поэтому чувствовала себя подавленной».

В 4.30 доктор Гринсон, считавший, что накануне Мэрилин была в хорошем настроении, расстроился из-за ее неожиданного звонка. Судя по голосу, она наглоталась пилюль и нервничала.

Одна из причин спада в настроении, по словам сотрудника центра профилактики самоубийств, который беседовал с доктором Гринсоном, состояла в том, что «Мэрилин вечером рассчитывала встретиться с кем-то из «очень важных людей», но встреча была отменена. Что-то случилось».

Есть еще один свидетель, который утверждает, что в тот день сам лично видел Роберта Кеннеди в Лос-Анджелесе. Розыск бывших обитателей пляжных особняков вывел автора на Уорда Вуда, жившего по соседству с Лоуфордами. Он рассказывает, что в конце дня был на улице и видел, как приехал Кеннеди, приехал не на служебной машине. Вуд, торговавший когда-то автомобилями, думает, что это был «Мерседес».

Бывшая жена Лоуфорда Дебора Гулд говорит, что не вызывала врачей и полицию с полночи до половины четвертого утра, так как надо было «отправить Бобби из города». Как она поняла со слов Лоуфорда, тот «улетел в аэропорт на вертолете».

Спустя несколько дней после смерти Мэрилин для проведения самостоятельного расследования обстоятельств кончины кинозвезды объединились в одну команду бывший начальник отдела из «Геральд Трибьюн» Джо Хаймс и фотограф Уильям Вудфилд. Себе в помощники они наняли одного полицейского, у которого удалось взять интервью при подготовке этой книги. Хаймс и бывший полицейский, по их словам, разузнали о том, что в ту ночь недалеко от особняка Лоуфорда приземлился вертолет. Об этом рассказали в конфиденциальных беседах соседи Лоуфорда.

Уже не раз бывало, что в 1962 году вертолеты доставляли людей и увозили их из дома Лоуфордов. Опросы соседей, а также выдержки из газетных материалов показывают, что Питер Лоуфорд безумно любил этот, тогда относительно новый, вид транспорта, используемый чаще в военных целях, а также для нужд исключительно богатых людей.

Сам Лоуфорд в беседе с автором этой книги признался, что в те дни он был счастливым пользователем вертолета. Соседи по пляжу жаловались, что вертолеты, которым было разрешено во время президентства Кеннеди приземляться на берегу, засоряли их бассейны песком.

Репортер Джо Хаймс предпринял попытку отыскать следы того вертолета, который якобы приземлился по соседству с особняком Лоуфорда в ту роковую ночь. Он установил, что в ночь смерти Мэрилин в небольшой компании по прокату вертолетов был арендован «маленький вертолет. Но компания не выразила желания показать мне записи и наотрез отказалась назвать имя пассажира. Меня даже попросили покинуть частные владения компании».

Фотографу Уильяму Вудфилду, коллеге Хаймса, повезло больше. Готовя статью о роскошном частном самолете Фрэнка Синатры, он недавно воспользовался услугами вертолета для съемок с воздуха. Вертолет, о котором шла речь, часто нанимали Синатра и Лоуфорд. После смерти Мэрилин не прошло и трех дней, как Вудфилд снова навестил в Кловер-Филд, Санта-Моника, возившего его пилота. Кловер-Филд — ближайшая от дома Лоуфорда взлетно-посадочная площадка.

Вудфилд говорит, что отправился к пилоту под предлогом, что хочет собрать материал для статьи об использовании вертолетов известными личностями. Эту идею он высказал еще во время их предыдущей встречи. Она обещала дать пилоту и его компании хорошую рекламу, поэтому тот оказался сговорчивым и не стал возражать, когда Вудфилд попросил у него разрешения полистать бортжурнал вертолета якобы для того, чтобы найти имена знаменитостей, пользовавшихся вертолетом в последнее время.

Тихо устроившись над журналом, он в поисках записи, фиксирующей события роковой августовской ночи, перевернул несколько страниц и нашел то, на что не смел даже надеяться. Запись, сделанная в ночь смерти Мэрилин Монро, гласила, что транспортное средство было арендовано для доставки пассажира из особняка Лоуфорда в главный аэропорт Лос-Анджелеса.

«В журнале, — вспоминает Вудфилд, — стояло время после полуночи, кажется, что-то между двенадцатью и двумя часами ночи. Было ясно, что вертолет из Санта-Моники доставлял Роберта Кеннеди».

Хаймс и Вудфилд поняли, что наткнулись на интересные сведения. Запершись в маленьком кабинетике в доме Хаймса, они позвонили в офис Роберта Кеннеди в Вашингтоне. Они рассказали помощнику о том, что узнали, и спросили, не хочет ли министр юстиции прокомментировать данные сведения, «чтобы поставить в этой истории точку». Ответ не заставил себя долго ждать. Им сказали, вспоминает Вудфилд, что «министр юстиции будет благодарен, если вы замнете эту историю».

Полученные сведения Хаймс передал по телефону в нью-йоркскую редакцию газеты «Геральд Трибьюн». Через час ему позвонил старший редактор и поздравил с успешным расследованием. «Хотя мы республиканская газета и нынешний год является годом выборов, — сказал редактор, — история эта нанесет президенту неоправданный удар. Он окажется виновным... Поэтому мы ее в свет не выпустим».

В газетах еще долгое время печаталась информация о взрослой жизни Мэрилин, а единственная серьезная попытка расследовать ее смерть была подавлена. Начался двадцатилетний период недомолвок и полуправды.

Сегодня, впервые принимая во внимание все свидетельские показания, мы в состоянии воссоздать последние дни и часы жизни Мэрилин. Оказывается, на протяжении многих месяцев она имела половые отношения то с президентом, то с Робертом Кеннеди. Обоих братьев и Мэрилин друг в друге поначалу привлекал звездный блеск. Звезды, сиявшие в соседних галактиках политики и шоу-бизнеса, испытывали друг к другу взаимный интерес. Братья, воспитанные в условиях, когда не знали отказа ни от одной женщины, которую возжелали, сначала не распознали в Мэрилин женщину, от которой исходила двойная опасность.

От Мэрилин исходила опасность, которой просто не могло быть у менее знаменитых любовниц, какой была, например, Юдит Кэмбелл. Все обвинения в любовных связях, если не имелось доказательств, запечатленных беспристрастным оком объектива, легко можно было отвести. В те дни, когда история еще не знала Уотергейта и когда общественные деятели пользовались безоговорочным доверием, голословные обвинения в связи с большинством женщин даже не удостаивались опровержения. Но Мэрилин Монро не относилась к их числу — имя ее само по себе было силой, как и имя братьев Кеннеди.

Кроме того, дополнительную угрозу таила нестабильность душевного состояния Мэрилин. Весьма сомнительно, чтобы за красотой и умом кто-либо из Кеннеди мог рассмотреть пошатнувшуюся природу ее личности. Природу, которая, как выразился позже ее психиатр, должна была неминуемо привести ее в лечебное заведение, не носи она имени Мэрилин Монро.

Со своей стороны, Мэрилин, теряя связь с реальностью, возможно, грезила, что отношения с Кеннеди могут вылиться во что-то серьезное и постоянное. Из некоторых ее высказываний, обращенных к друзьям, можно заключить, что она обнадеживала себя призрачными иллюзиями. После двух браков с великими американскими звездами спорта и культуры она полагала, что может получить главный приз — одного из Кеннеди в качестве супруга.

В моменты просветления Мэрилин, вероятно, понимала полную невозможность такого будущего. Встречи с президентом всегда носили спорадический характер; к лету 1962 года она, должно быть, поняла, что этот интерес, страстный, но бездумный, чуть-чуть выходил за пределы его привычного удовлетворения собственных прихотей. Тогда появился Роберт Кеннеди.

Министр юстиции никогда не пользовался репутацией бабника, как его брат. Возможно, их отношения начались с его стороны как акт спасения, как попытка направить ее эмоциональное состояние в нормальное русло. Но вскоре, вероятно соблазнившись возможностью пойти по стопам брата и насладиться сексапильным призом, Роберт попал под влияние мерцающего света тонкой души Мэрилин. Их роман длился несколько месяцев. Потом, не в последнюю очередь, испугавшись потока сообщений, согласно которым преступные элементы намеревались воспользоваться слабостью братьев Кеннеди, министр юстиции предпринял попытку разорвать отношения.

Сделать это оказалось нелегко. Окунувшуюся с головой в отчаяние Мэрилин трудно было сбросить со счетов. Требуя непрестанного внимания, она стала сущим наказанием, и, как выразился Роберт Слэтцер, ради того, чтобы удержать мужчину, она была способна пригрозить разоблачением.

Похоже, обязанность зятя Кеннеди Питера Лоуфорда состояла в том, чтобы нейтрализовать опасность. Сам он был существом слабым, человеком, склонявшимся то к своим связям с Белым домом, то с преступным миром. В число его знакомых входил Сэм Джанкана. Чтобы успокоить Мэрилин, он чаще, чем следовало бы, возил ее в места, кишевшие недругами Кеннеди, каким было казино «Кал-Нева-Лодж». Именно там провела она свою последнюю неделю жизни, злоупотребляя спиртным и лекарственными препаратами, недоступная для единственного человека, который, возможно, смог бы спасти ее, оттащив от края пропасти, в которую она скатывалась. Речь идет о Джо Ди Маджо.

В последнюю пятницу, когда Роберт Кеннеди прибыл в Сан-Франциско, мольбы Мэрилин, похоже, достигли пика. Вероятно, вообразив, что смог бы вразумить ее, министр юстиции в середине дня в субботу нанес кратковременный визит в Лос-Анджелес. Очевидно, он посетил ее в доме в Брентвуде, чтобы только сказать, что их отношения не могут больше продолжаться, после чего удалился, намереваясь провести вечер в особняке Лоуфорда или еще где-нибудь.

Не в силах смягчить душевную боль постоянным приемом транквилизаторов, Мэрилин позвонила своему психиатру доктору Гринсону. Она сообщила ему, что вечером ожидала увидеть Роберта Кеннеди, но была отвергнута. Гринсон попытался успокоить ее, как поступил бы на его месте любой. Уезжая, он полагал, что преуспел в этом.

Оставшись одна с телефоном и таблетками, Мэрилин в надежде получить помощь сделала ряд телефонных звонков. Кого-то из друзей не оказалось дома, кто-то не понял, что на этот раз ее отчаяние имеет иную окраску. Повторные звонки Роберту Кеннеди и безумные попытки связаться с ним посредством Питера Лоуфорда эффекта не принесли, Кеннеди не появлялся. Как большинство мужчин и женщин, желающих отделаться от возлюбленного, он, вероятно, думал, что наиболее безболезненным способом является жесткость и неприступность. Кроме того, он больше не мог позволить себе подвергаться опасности быть разоблаченным недругами и не мог рисковать, посещая дом Мэрилин.

Сегодня невозможно сказать, сыграли ли какую роль враги Кеннеди — агенты Сэма Джанканы и Джимми Хоффы — в последние часы жизни Мэрилин. Медицинское заключение не дает однозначного ответа на вопрос, помог ли кто Мэрилин принять фатальную дозу барбитуратов. Более вероятней представляется ситуация, когда она сама переоценила свои силы и после продолжительного приема средства на протяжении всего дня приняла слишком большую дозу. Автор не думает, что она хотела уйти из жизни.

Поздно вечером в субботу, вероятно, вскоре после десяти, Мэрилин последний раз позвонила Лоуфорду. Речь ее была бессвязной и путаной, по всему было видно, что сознание оставляет ее. Вероятно, было бы разумно предположить, что известие об этом толкнуло Роберта Кеннеди на вполне объяснимый, человеческий поступок. Вероятно, он один или с Питером Лоуфордом, поспешившим ему вслед, бросился к дому Мэрилин, до которого от пляжного особняка было рукой подать. Мэрилин они обнаружили в коматозном состоянии, но еще живую.

Вот тогда-то, судя по отрывочным, но жизненно важным показаниям, и была вызвана машина «скорой помощи». Если глава компании по оказанию скорой медицинской помощи не ошибается, Мэрилин была доставлена в больницу живой. Она могла умереть в момент поступления в больницу Санта-Моники, где, укутанную одеялами и без грима, ее никто не узнал. Хотя более правдоподобной автор считает другую возможность, когда Мэрилин умерла до прибытия в больницу и человек, сопровождавший ее — им вполне мог быть сам Роберт Кеннеди, — оказался перед ужасным выбором.

Мэрилин умерла при обстоятельствах, которые в случае обнародования погубили бы карьеру министра юстиции. Даже если бы у него не было романа с ней, — хотя все факты свидетельствовали об обратном — для Кеннеди, оказавшегося рядом с мертвой Мэрилин Монро пусть даже при исполнении акта милосердия, это означало бы политическое фиаско.

Единственным решением было вернуть тело в дом в Брентвуде, в кровать, на то место, откуда делала она отчаянные звонки. Теперь требовалось время, — время, необходимое, в первую очередь, для незаметного исчезновения Роберта Кеннеди из города и для изъятия из дома Мэрилин компрометирующих материалов. Только после того, как все было завершено, прозвенел звонок в доме доктора Гринсона. Тот немедленно появился и между 3.30 и 4.00 часами утра «обнаружил» тело.

Как видно из данных, собранных репортерами Хаймсом и Вудфилдом, а также из показаний третьей жены Питера Лоуфорда, Деборы Гулд, в северную Калифорнию министр юстиции отправился воздушным путем. Тем временем Лоуфорд, как он сказал Гулд, уничтожил некий компрометирующий документ, который скорее всего был недописанным письмом, а не посмертной запиской. После чего частному детективу Фреду Оташу он поручил еще раз осмотреть дом и ликвидировать следы любых других подозрительных бумаг, которые могли уцелеть. Но Оташ и его коллеги особенно не преуспели. Рано утром в воскресенье, к тому времени, когда они получили задание, в движение пришло более мощное колесо.

К дому Мэрилин бросился вызванный с концерта, проходившего в Голливудской Чаше, Артур Джекобс, агент по связи Мэрилин с общественностью, человек, обладавший в Голливуде определенной властью. Возможно, что он так никогда и не узнал о событиях той роковой ночи, об отмененном вызове «скорой помощи», о ночных передвижениях Роберта Кеннеди, но он был именно тем человеком, как точно выразилась его жена, который мог «состряпать все, что угодно». Тем временем некто, наделенный настоящей властью — им вполне мог оказаться и сам Роберт Кеннеди, — потревожил директора ФБР Дж. Эдгара Гувера. Из Вашингтона поступил приказ изъять в телефонной компании список телефонных звонков, сделанных Мэрилин в последние часы; в тот ранний час задание это оставалось еще выполнимым.

Возможно, этот сценарий в отдельных деталях грешит неточностями, но является вполне правдоподобной реконструкцией событий на основании имеющихся на сегодня данных. Вероятно, в ту ночь не было совершено никакого серьезного правонарушения, хотя возврат тела Мэрилин Монро домой был неправомерным и уничтожение Лоуфордом записки — явно незаконным. Пережитые ночные часы и последующие дни, должно быть, стали самыми мучительными в жизни Роберта Кеннеди. В отличие от своего менее везучего брата Эдварда, опасность публичного разоблачения прошла в волоске от него.

В 1983 году в день собственной кончины человек, снимавший два фильма с участием Мэрилин Монро, Джордж Кьюкор, завел разговор о ее смерти. Неизвестно, какими личными знаниями о событиях ночи 4 августа 1962 года он располагал, но его замечание оказалось как нельзя более уместным. «Жуткое это было дело, — сказал он товарищу, — худшее из ее отклонений. Власть и деньги. В завершение она была слишком простодушна».

Примечания

1. Оташ был там после публикации «Богини» в 1985 году. Его важные новые показания нашли отражение в послесловии.

2. Незадолго до того, как Меррей ушла, ее машину из гаража пригнал механик, Генри Д'Антонио. Он дает противоречивые сведения о том, заходил он в дом или не заходил, но начинает горячо защищаться, когда его спрашивают, что он видел в тот день. Все вопросы он переадресовывает Юнис Меррей.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
  ??????.??????? Главная | Гостевая книга | Ссылки | Карта сайта | Контакты
© 2019 «Мэрилин Монро».