Новости Досье
Жизнь Мэрилин...
... и смерть
Она
Фильмография
Фильмы о Монро
Виртуальный музей
Видеоархив Аудиозаписи Публикации о Монро
Цитаты Мэрилин
Магазин Гостевая Статьи

Главная / Публикации / Э. Саммерс. «Богиня. Тайны жизни и смерти Мэрилин Монро»

Глава 24

Британский фотограф Сесил Битон рассуждает: «Это чудо века — дремлющая сомнамбула, со-четайие Алисы из страны Чудес и Трилби. Возможно, она родилась в тот послевоенный день, когда мы больше всего нуждались в ней.... Как «Ондине» Жироду ей только пятнадцать лет; но что произойдет дальше, знает только время».

Из миллиона слов, посвященных Мэрилин, три страницы, вышедшие из-под пера Битона, наиболее точны и проницательны. Он увидел существо «столь же впечатляющее, как серебряный душ Везувия, диковинное воплощение нарциссианских настроений». Игра Мэрилин для Битона была «загадкой чистой воды».

В 1958 году Мэрилин позировала фотографу Ричарду Аведону, готовившему замечательную серию портретов кинозвезд. На страницах журнала «Лайф» Мэрилин стала Джин Харлоу, Кларой Боу, Лиллиан Рассел, Тедой Бара и Марлен Дитрих. Как прокомментировал Артур Миллер, это было «страницей истории нашей массовой фантазии на тему обольстительницы».

В тот год, когда мечта ее поднималась все выше, в реальном мире Мэрилин медленно сползала к поражению. Она уже была не девочкой из мечты, а женщиной тридцати двух лет от роду, употреблявшей алкоголь, да еще в чрезмерных дозах, женщиной, которая к тому же знала, что пропадает. В это время Мэрилин познакомилась со своим киноидолом — будущим партнером по фильму «Неприкаянные» — Монтгомери Клифтом. Во время своей первой встречи на званом обеде оба они изрядно напились: он шотландского виски, она — ромовых коктейлей.

Потом вечером в компании Мэрилин и ее мужа Клифт был не в состоянии связать двух слов, не держался на ногах и в конце концов полностью отключился, как это часто с ним бывало. По этому поводу Мэрилин заметила: «Он единственный из моих знакомых, кто находится в еще худшей форме, чем я».

В начале июня Мэрилин вернулась в Лос-Анджелес, где предстояли съемки картины «Некоторые любят погорячее» (в советском прокате — «В джазе только девушки»). После «Автобусной остановки» в Голливуде она больше не снималась. Толпы газетчиков пришли в аэропорт, чтобы встретить актрису. Когда все пассажиры из самолета вышли, возникло замешательство: никто не знал, прибыла ли Мэрилин. Только через полчаса она появилась на трапе самолета.

«У парадных дверей материализовалось видение в белом, — писал репортер «Лос-Анджелес Таймс», — ветер, поднятый винтами другого самолета, взметнул белые волосы; белая шелковая блузка открывала белую напудренную шею; белая облегающая шелковая юбка; белые туфли; белые перчатки. Замигав большими сонными глазами, Мэрилин Монро взглянула на мир... начала спускаться — медленно и вызывающе — вниз по ступенькам. "Прошу прощения, — проворковала она, — я спала"».

Репортеры углядели подмышкой у Мэрилин три книги: «Как важно жить» Лина Ютанга, «Жизнь среди дикарей». Шерли Джексон и «Актеру» Михаила Чехова. Потом узнали, что номер-люкс Мэрилин в отеле «Бель-Эр» был выдержан в белом цвете и в точности повторял ее нью-йоркские апартаменты, и что она купила второго попугая, который хоть и не мог заменить собаку, оставленную на Восточном побережье, но все-таки скрашивал одиночество.

Поведение Мэрилин на съемках фильма «Некоторые любят погорячее» превзошло все, чего только можно было ожидать. Режиссер Билли Уайлдер, который четыре года тому назад хватил с актрисой лиха, работая с ней над «Зудом седьмого года», теперь подвергся новой, пятимесячной пытке. Если съемка назначалась на обеденное время, Мэрилин появлялась к шести часам. Однажды, сидя у себя в гримерной, она читала «Права человека» Томаса Пейна и на вызов ассистента режиссера послала его ко всем чертям и даже дальше.

Мэрилин, от которой прежде почти не слышали непечатных выражений, все чаще стала применять их. Просмотрев отснятый материал, она сказала: «Я не возобновлю работу до тех пор, пока Уайлдер не переснимет мое первое появление. Когда в комнату входит Мэрилин Монро, никто не должен смотреть на Тони Кертиса, играющего Джоан Кроуфорд, все должны смотреть на Мэрилин Монро».

В картине «Некоторые любят погорячее» в комической форме рассказано о двух молодых людях, спасающихся от гангстеров. Переодевшись в женские платья, они устраиваются в разъездной джаз-ансамбль, состоящий только из Девушек. Один из них, которого играл Тони Кертис, влюбляется в девушку, роль которой исполняла Мэрилин. Ее героиня играла на гавайской гитаре, была не прочь выпить и «закадрить» миллионера. Реклама представит Кертиса и его партнера Джека Леммона как «закадычных друзей» Мэрилин, хотя на съемочной площадке все обстояло по-другому.

Уже стала легендой история о том, как во время съемок Мэрилин вечными опозданиями, отсрочками и неспособностью запомнить наипростейший диалог доводила Кертиса и Леммона до безумия. Фраза, состоявшая из трех слов, требовала порой не менее шестидесяти пяти дублей. Кертис, на которого она однажды выплеснула стакан шампанского, вспоминал о «злостном высокомерии» и «мстительном эгоизме» Мэрилин. Просматривая как-то отснятый материал, Кертис мимоходом прокомментировал свои чувства к мировому секс-символу, отстояв свою оценку для потомства. Целовать Мэрилин, заметил он, все равно, «что целовать Гитлера».

Подготовка Мэрилин к выходу на съемочную площадку поражала наблюдателей и бесила коллег. «Перед каждым дублем, — писала Ллойд Шиарер, — Мэрилин закрывала глаза и впадала в глубокий транс. Она опускалась на свой дешевый купальный костюм моды 1927 года, потом вдруг начинала стремительно махать руками, как будто во что бы то ни стало хотела отделить кисти от запястий». То были элементы техники, которую Мэрилин освоила в актерской студии. Паула Страсберг в черном платье, черном капоре и черных очках всегда находилась поблизости.

Во время съемок фильма «Некоторые любят погорячее» режиссер Билли Уайлдер чувствовал себя больным. Когда работа над картиной закончилась, он признался: «У меня появился аппетит. Впервые за много месяцев я наконец в состоянии спать. Я могу спокойно смотреть на жену и у меня не появляется желание ударить ее просто потому, что она женщина». Позже, сравнивая выпавшую на его долю пытку с воздушным путешествием, Уайлдер сказал: «Мы находились в полете, и с нами на борту был псих».

«Когда ты режиссер, — говорит сегодня Уайлдер, — приходится быть в некоторой степени и психологом. Со своей командой нужно установить контакт. Обычно я быстро приноравливаюсь ко всем. С Мэрилин было трудно потому, что она совершенно непредсказуема. Я никогда не знал, какой день ожидает нас. Я всегда нервничал: в каком настроении она придет сегодня? Будет ли она работать или только чинить препятствия? Может быть, она сорвется и мы не сумеем отснять ни кадра? В этом состояла суть проблемы. Я мог справиться с чем угодно, но я должен был знать, что ждет меня. С Мэрилин я этого никогда не знал».

Хотя в конечном счете, как большинство других режиссеров, Уайлдер ни о чем не жалел. Мэрилин как-то бесхитростно сотворила на пленке чудо. Картина получила хвалебные отзывы критиков и сделала колоссальные кассовые сборы. И сейчас эту ленту показывают по телевидению чаще, чем другие фильмы с участием Монро.

Ныне Уайлдер говорит: «Как комедийная актриса с ее острым чувством комического диалога она была просто гениальна. Это был дар от Бога. Поверьте мне. За последние пятнадцать лет я получил около десятка предложений от актрис. Но когда я начинал работать с ними, то думал: «Ничего не получится, для этого нужна Мэрилин Монро». До ее уровня никто не дорос; рядом с ней все такие заземленные».

* * *

11 сентября 1958 года с натурных съемок в Колорадо, штат Калифорния, Мэрилин послала письмо Норману Ростену. Почтовая бумага отеля была украшена изображением пляжа. К этому пейзажу Мэрилин добавила маленькую женскую фигурку в воде, машущую руками и кричащую: «Помогите!». В письме говорилось:

Дорогой Норман,
Не бросай корабль, пока мы тонем. У меня такое чувство, что эта лодка до порта никогда не доберется. Мы идем по Зловещему проливу. Он неспокоен и бурлив, но к чему мне волноваться, когда у меня нет фаллического символа, следовательно мне нечего терять.

Мэрилин.

P.S. «Люби меня за одни мои кудри золотые»1
Я бы написала это от руки,
но моя ладонь дрожит.

На этот раз снова для наблюдения за Мэрилин с Восточного побережья прилетел и психиатр и терапевт. Через четыре дня после того, как было отправлено письмо Норману Ростену, Мэрилин Монро с диагнозом «нервное истощение» поместили в больницу «Ливанские кедры». Настало время всерьез подумать о ее психическом состоянии. Мэрилин снова была беременна.

Шли недели, и с каждым днем тревога Артура Миллера росла. Он попросил Билли Уайлдера отпускать Мэрилин с работы как можно раньше, сразу после обеда.

На что Уайлдер возразил: «Но Артур, мой первый кадр бывает отснят только к трем часам дня. Что она делает по утрам?»

Озадаченный Миллер ответил, что, насколько ему известно, на съемки Мэрилин каждый день уходит из дома в семь часов утра. Загадка этих утренних отлучек так никогда и не была разгадана.

27 октября Мэрилин написала Ростену:

Дорогой Норман,
Спасибо тебе за поздравления с праздником всех святых. Как плохо, что мы не можем быть вместе. Я могла бы напугать тебя.
Я никому не пишу. Только стихи. — Здесь так страшно! Артур выглядит хорошо, но кажется слабее, — потому что поддерживает меня... Мне тоже нужно за что-то зацепиться...

Свое послание Мэрилин подписала «Э.Э. Каммингз», чьи стихи она читала.

Завершающие сцены картины «Некоторые любят погорячее», снимавшиеся в начале ноября, потребовали от больной Мэрилин неимоверных физических усилий. Выписавшись из больницы, она лежала в отеле, «чтобы не растрясти ребенка». Потом на машине скорой помощи ее отвезли в аэропорт, и она вернулась в Нью-Йорк. Там незадолго до Рождества Мэрилин все-таки опять потеряла ребенка.

Перед тем как приступить к работе над лентой «Некоторые любят погорячее», она спросила Ростена: «Надо ли мне делать новую картину или остаться дома и снова попытаться забеременеть? Думаю, больше всего на свете мне хочется малыша. Но, может быть, Господь подает мне какой-то знак, в смысле моей беременности. Вероятно, из меня получилась бы чокнутая мать; я бы до смерти любила свое дитя. Я так хочу его и в то же время боюсь. Артур тоже говорит, что хочет, но его пыл проходит. Он считает, что я должна сделать картину. В конце концов, я ведь кинозвезда, правильно?»

Кинозвезда снялась в очередном фильме и в очередной раз потеряла ребенка. Мэрилин, чтобы повысить шансы на благополучную беременность, согласилась на хирургическое вмешательство. Но 1959 год новой беременности не принес. Близкие друзья теперь уже видели, что их брак с Миллером начал клониться к закату. Ростену, наблюдавшему за супругами, казалось, что они разыгрывают «гармоничный с виду брак».

Мэрилин продолжала посещать «Экторз Стьюдио». Летом 1959 года, направляясь на машине с Сьюзен Страсберг за город, она воскликнула: «Знаешь, если бы не работа [в актерской студии], я бы выпрыгнула из машины». Миллер, напротив, постепенно освобождался от чар Страсбергов и их студии.

Актрису Морин Стэплтон, подругу Мэрилин по студии, путал бросавшийся в глаза перекос в отношениях супругов. «Артур превращался в лакея. Он носил за ней ее набор грима и косметики, ее дамскую сумочку, слишком уж много делал для нее, и у меня возникло чувство, что их дела были безнадежны». У режиссера Мартина Ритта, когда он обедал с Миллерами, тоже возникло такое ощущение. «Это был жуткий вечер, — говорит Ритт. — Он был у нее на побегушках и весь вечер носился вокруг нее, меня это обеспокоило».

В то же время, по свидетельству Нормана Росте-на, духовно Миллер отдалялся от нее, становясь скорее наблюдателем в собственном супружестве, чем его участником.

* * *

В своем кабинете в Нью-Йорке среди стопок с записями Миллер положил новую «Британскую энциклопедию» — подарок от Мэрилин. Над его письменным столом висели две фотографии Мэрилин. Еще три года назад он «заканчивал» новую пьесу, но на самом деле и теперь на подходе ничего не было. До смерти Мэрилин ни одна пьеса завершена не будет. Осенью 1959 года в «Эсквайре» напечатают краткий биографический очерк о драматурге под названием «Творческая агония Артура Миллера».

На потребу публике Мэрилин продолжала делать оптимистические заявления, но они все больше и больше походили на перефразированные советы психоаналитика. В то лето в одном интервью британскому репортеру она сказала: «Я боялась всю мою жизнь, нет, правда, до настоящего момента. Боялась всего на свете, даже снять телефонную трубку, чтобы позвонить. Наконец-то я с этим начала справляться. Сегодня мою философию можно выразить так: «Наслаждайся каждым днем». Будущее меня больше не путает».

В ближайшем будущем ее ожидал визит в Голливуд. В сентябре 1959 года туда прибыл находившийся в Соединенных Штатах лидер страны Советов Никита Хрущев. На званый обед, устраиваемый на киностудии «XX век—Фокс», были приглашены многочисленные кинозвезды, в том числе Мэрилин Монро, Элизабет Тейлор и Дебби Рейнольдс. Миллер, в памяти которого еще были свежи воспоминания о борьбе с парламентским Комитетом по расследованию антиамериканской деятельности, на прием не пошел.

В Калифорнию Мэрилин полетела одна. Проведя пять часов перед зеркалом, на обед она не только не опоздала, но даже пришла раньше. Хрущев остановил ее, чтобы перекинуться несколькими словами, и она передала привет от Артура Миллера. Вспоминая об этой встрече, Мэрилин не без горделивого самолюбования будет рассказывать: «Хрущев смотрел на меня, как мужчина смотрит на женщину».

Этот эпизод, вероятно, дополнил дело Мэрилин в ФБР еще одним рапортом.

Была очевидная заинтересованность ЦРУ в том, чтобы познакомить Мэрилин с политическим лидером другой страны, находившимся в США с визитом. Так, во время съемок «Автобусной остановки» в 1956 году Мэрилин уже встречалась с президентом Индонезии Ахмедом Сукарно. Сначала она и знать не знала, кто он такой, — она называла его просто «принц» Сукарно. Но бывала она и на дипломатических приемах в отеле «Беверли Хиллз».

Мэрилин и индонезиец прониклись друг к другу симпатией. «Вечер близился к завершению, и они все время куда-то исчезали, — вспоминает режиссер «Автобусной остановки» Джошуа Логан. — Атмосфера создалась, прямо скажем, сексуальная. Я думаю, они договорились встретиться после».

Много лет спустя Сукарно своему биографу рассказывал, что Мэрилин, тоже жившая в «Беверли Хиллз», позвонила ему в номер по телефону и попросила о приватной встрече. Любивший прихвастнуть своими любовными победами, Сукарно, однако, — что на него не похоже — о Мэрилин не распространялся.

Реакция со стороны Мэрилин, как всегда, была излишне эмоциональной. Через год после голливудской встречи, услышав, что на жизнь Сукарно покушались, она удивила Миллера, заявив о своем желании «спасти» индонезийца, предложив ему дом в Соединенных Штатах. Своему другу Роберту Слэтцеру она расскажет, что с Сукарно «провела вместе один вечер».

Все, что произошло на первом вечере, не ускользнуло от внимания Центрального разведывательного управления. В те годы Индонезия, наряду с Вьетнамом, входила в число приоритетов Вашингтона в Азии. В 1957 и 1958 годах, как свидетельствуют документы, ЦРУ не гнушалось ничем, лишь бы сместить Сукарно, в котором видели причину поворота Индонезии в сторону коммунизма.

В замыслы ЦРУ входила подготовка фальшивки, то есть порнографического фильма, где Сукарно был бы в постели с блондинкой, советским агентом. Цель фильма состояла в том, чтобы дискредитировать президента Индонезии, но план этот был отклонен. Однако позже, когда Соединенным Штатам стало выгодно заигрывать с Сукарно, ЦРУ предложило пустить в ход секс — в виде Мэрилин Монро — и тем польстить диктатору.

По словам Джозефа Смита, бывшего офицера ЦРУ, работавшего в Азии, «была попытка свести Сукарно с Монро. В середине 1958 года я что-то слышал о плане уложить их в постель. Помнится, приехал кто-то из Вашингтона и говорил о «некой безумной затее с Мэрилин Монро, которая не удалась».

Неизвестно, как далеко ЦРУ зашло в будущих планах привлечь к своей работе Мэрилин Монро. Попытки получить нужную информацию закончились ничем, так что случай этот остается под покровом тайны.

Но в той глупости, которую совершила Мэрилин в своей супружеской жизни в 1960 году, ничего тайного не было. В возрасте почти тридцати четырех лет она начала расшатывать и без того неустойчивые семейные отношения с Артуром Миллером. Закат их брачного союза наступил после того, как она вернулась в Голливуд, где вместе с французским киноактером Ивом Монтаном начала сниматься в фильме «Займемся любовью».

Примечания

1. В постскриптуме Мэрилин неправильно процитировала строчку из Итса, у которого на самом деле сказано:

«... только Бог, моя дорогая,
Мог бы любить тебя, какая ты есть,
А не за твои кудри золотые».

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
  ??????.??????? Главная | Гостевая книга | Ссылки | Карта сайта | Контакты
© 2019 «Мэрилин Монро».