Новости Досье
Жизнь Мэрилин...
... и смерть
Она
Фильмография
Фильмы о Монро
Виртуальный музей
Видеоархив Аудиозаписи Публикации о Монро
Цитаты Мэрилин
Магазин Гостевая Статьи

На правах рекламы:

Смотрите замена матрицы ноутбука тут.

Главная / Публикации / Э. Саммерс. «Богиня. Тайны жизни и смерти Мэрилин Монро»

Глава 33

Новые исследования показывают, что мафиози в Калифорнии заинтересовались Мэрилин Монро еще задолго до президентства Кеннеди. Это был интерес хищника к своей жертве, подогреваемый, вероятно, гангстером из Лос-Анджелеса Микки Коуэном.

Коуэн, выходец из Нью-Йорка, в истории американской организованной преступности являет собой странную фигуру, связанную с сицилийской мафией; он любил похвастаться, что в сороковые годы был одним из главарей военной банды, которая занималась рэкетом в Лос-Анджелесе. Сложность была в том, что Коуэн, на жизнь которого многократно покушались, вынужден был искать путь нелегкого сосуществования с криминальными семейными кланами страны, — путь, отмеченный трупами.

После тюремного заключения, которое ослабило его могущество, Коуэн в конце пятидесятых годов пытался вернуть себе былую силу. Общество видело в нем незаурядного человека, известного своими панибратскими отношениями с голливудскими шишками, среди которых были Фрэнк Синатра и иже с ним. Коуэн вложил деньги в Дина Мартина и Джерри Льюиса и на заре их карьеры помог перенести их шоу с Восточного побережья в Калифорнию. В 1951 году на вопрос сенатского комитета по делам организованной преступности, как в его записную книжку попал номер домашнего телефона Фрэнка Синатры, Коуэн ответил: «Как? Он мой приятель». Коуэн на пару со своим любимым бульдогом, обожавшим лазанью1, любил наведываться в ресторан «Вилла Капри», где Синатра и Ди Маджо однажды обсуждали план налета на дом Мэрилин Монро, получивший известность под названием «налет по ложному адресу».

В конце 1959 года, когда брак Мэрилин с Миллером начал расшатываться, Мэрилин проводила в Голливуде времени больше, чем когда бы то ни было. Это была пора затянувшихся съемок картины «Займемся любовью». Именно тогда, к удивлению следователей, имя актрисы упоминалось в связи с делом Микки Коуэна.

В тот год бюро расследований при окружном прокуроре Лос-Анджелеса вело постоянное наблюдение за Коуэном и итальянцами из его ближайшего окружения. Коуэн был на свободе, и цель наблюдения состояла в том, чтобы как можно быстрее снова упрятать его за решетку. Следователей прокуратуры особенно интересовали связь Коуэна с наркобизнесом и его усилия по сбору компромата на кинозвезд с целью шантажа и коммерческой эксплуатации.

Метод был старомоден и беспощаден. Один из людей Коуэна старательно и расчетливо занимался обольщением какой-нибудь кинозвезды, затем делал так, чтобы их половой акт был заснят на кинопленку. Говорят, что подобное сделали с Ланой Тернер, когда она оказалась в постели с пособником Коуэна Джони Стомпанато. Закончилось все убийством Стомпанато, который погиб от руки собственной дочери-подростка. Кинозаписи полового акта Тернер и Стомпанато были распроданы за сотни долларов каждая. Однажды ночью в конце 1959 года Гари Уин, следователь окружной прокуратуры, вместе со своим коллегой Фрэнком Хронеком вел наблюдение за рестораном на Бульваре Сансет, — как он сейчас полагает, это был «Плимут Хаус». Они видели, как в ресторан в сопровождении женщины и двоих мужчин вошла Мэрилин Монро. В ее эскорте, говорит Уин, был один из «приятных итальянских мальчиков», двадцативосьмилетний Джордж Пишителле.

«Мы просидели в засаде до двух часов ночи, — вспоминает Уин, — тут из ресторана вышли Пишителле с Монро. Мы следовали за их машиной над Каньоном Голдуотер до мотеля на бульваре Ван-Нюйс. Увидели, как они вошли внутрь. Вскоре после этого нам с Фрэнком пришлось разделиться. Как они выходили из мотеля, мы не видели».

По словам бывшего следователя Уина, слежка за Мэрилин велась и в других случаях, которые так же щекотали нервы. Разведка, правда, показала, что Мэрилин иногда общалась и с Пишителле, и с Сэмом Лосиньо, другим прихвостнем Коуэна. Уин говорит, что прослушивал запись, сделанную в спальне Мэрилин, и пришел к выводу, что цель состояла в вымогательстве.

Фрэнка Хронека, коллеги Уина, уже нет. Однако история эта находит косвенное подтверждение в воспоминаниях Джека Тобина, бывшего репортера отдела новостей «Лос-Анджелес Таймс», специализировавшегося на информации об организованной преступности. Он помнит, что Хронек ему об этом рассказывал.

Кроме того, один из старших чинов правоохранительного ведомства также свидетельствует, что следствие против группы Коуэна велось в связи с «вымогательством» у ведущих звезд. В составе группы был Пишителле, а Мэрилин Монро указана как одна из жертв2.

Коуэн и его пособники сегодня мертвы, поэтому допросить их нельзя. Но молчание, которое они уже никогда не нарушат, скрывает цели в отношении Мэрилин Монро, грозившие ей гибельными последствиями. Специалисты по борьбе с организованной преступностью утверждают, что задолго до прихода эры Кеннеди Микки Коуэн был знаком с Сэмом Джанканой. К тому же он встречался со ставленником Джанканы в Голливуде Джонни Розелли и, вероятно, подчинялся его указаниям. А Джонни Розелли, в свою очередь, знал Мэрилин.

Еще до того, как Мэрилин обосновалась в Голливуде, Розелли состоял в криминальных отношениях с людьми, двое из которых сыграли существенную роль в ее карьере. Гарри Кон, давший ей первый контракт, использовал деньги мафии, поступившие от Розелли, чтобы установить контроль над «Коламбией Пикчерс». Перед Розелли Кон оставался в долгу. Оба покровителя Мэрилин носили одинаковые кольца с рубинами, которыми снабдил их Розелли. Он сказал им, что это один из наиболее приемлемых способов, с помощью которого мафиози из неитальянца делали себе «кровного брата».

До того как молодая Мэрилин стала его протеже и в качестве близкой знакомой начала появляться на званых обедах, Джо Шенк, старый могол киностудии «XX век—Фокс», отсидел положенный срок за дачу ложных показаний. Привлечен он был к судебной ответственности за причастность к выплате дани мафии: он собственноручно передал первый взнос наличными, завернутыми в оберточную бумагу. Одним из мафиози, проходивших по делу о вымогательстве, был Джонни Розелли.

Розелли мог познакомиться с Мэрилин после выхода из тюрьмы. Пэтти Каргер, первая жена любовника Мэрилин, утверждает, что Розелли был знаком с семьей Каргеров. Он заезжал к ним за своей девушкой и ее матерью, которые приходили к Картерам играть в покер.

Двое других свидетелей также говорят, что Розелли знал Мэрилин, Один из них — Джозеф Шаймон, бывший полицейский инспектор из Вашингтона, округ Коламбия, который вместе с представителем ЦРУ, Джанканой и Розелли принимал участие в подготовке покушения на Кастро. Шаймон был доверенным лицом Розелли до самой его смерти. Он говорит: «Розелли виделся с Монро, они встречались в обществе, он хорошо знал многих из ее друзей и коллег по работе».

В 1984 году ответственный работник министерства финансов предложил мне взять интервью у Гарри Холла, который длительное время служил «высоконадежным» осведомителем правоохранительных органов, особенно по части организованной преступности. К тому же он случайно оказался другом Джо Ди Маджо. Вскоре после смерти Мэрилин Холл наткнулся на Розелли в аптечном магазине в отеле «Уилшайер» Беверли. В разговоре они вспомнили Мэрилин, и Холл сказал, что «Розелли дал ему ясно понять, что он был лично знаком с Мэрилин. Он признался, что она нравилась ему... Какие личные дела были у них, мне об этом не известно...».

Являясь ставленником Джанканы в Калифорнии, Розелли поддерживал отношения еще с одной женщиной, о которой теперь известно, что она была любовницей президента Кеннеди. Ее зовут Джудит Кэмбелл. Кэмбелл, как выяснил десять лет назад разведывательный сенатский комитет, была близка с Кеннеди с начала 1960 до весны 1962 года, но встречи их носили случайный характер. По прошествии примерно шести недель с начала этого знакомства Кэмбелл встретилась с боссом мафии Сэмом Джанканой. Тесный контакт с ней он поддерживал на протяжении всего ее романа с Кеннеди.

Истории обеих женщин — Кэмбелл и Мэрилин — имеют удивительное сходство. Хотя сравнивать двадцатишестилетнюю Кэмбелл с Мэрилин Монро неправомерно, тем не менее первая также кровное детище Голливуда. Тогда она была старлеткой и имела контракты с «Уорнер Бразерз», «М-Г-М» и «Юниверсал». У нее, как и у Мэрилин, был роман с Фрэнком Синатрой, который и представил ее Джону Кеннеди. Таким образом она вошла в круг людей, с которыми общалась Мэрилин.

Кэмбелл встретилась с Глорией Ловелл, секретаршей Синатры, ставшей одной из соседок Мэрилин на Дохени. Доктор Ред Кон, близкий друг Синатры, был гинекологом Кэмбелл. Долгое время он обслуживал и Мэрилин. За несколько дней до смерти взбудораженная Мэрилин позвонит ему.

Никто и никогда не интересовался причиной, по которой Джанкана поддерживал знакомство с Джудит Кэмбелл. Его убили в 1975 году, и сенатский разведывательный комитет его не успел допросить. Его приспешник Джонни Розелли был убит в 1976 году. Вынудить Кэмбелл рассказать какие-либо подробности комитет не сумел, а приглашать в качестве свидетеля Фрэнка Синатру Не стал.

Уильям Сэфайер из «Нью-Йорк Таймс» наметил ряд вопросов, которые комитет мог бы задать Синатре, если бы вызвал его для дачи показаний. Обсуждали ли мафиози с Синатрой любовную связь Кэмбелл с президентом? Были ли сделаны какие-то звукозаписи или фотографии Кеннеди в компании с Кэмбелл, которые преступники могли бы использовать с целью шантажа? Не просили ли мафиози Синатру или еще кого познакомить Кэмбелл с братьями Кеннеди?

Некоторые из этих вопросов с таким же успехом можно было задать Синатре или кому другому по поводу Мэрилин Монро и, по крайней мере, еще одной женщины.3 Есть сведения, что мафия вела наблюдение за братьями Кеннеди с интересом хищницы.

В начале 1961 года комика Джерри Льюиса известили, что ему предстоит быть ответчиком в деле о расторжении брака, затеянном мужем старлетки по имени Джудит Мередит. Льюис попросил работавшую под его началом на киностудии «Парамаунт» Джудит Кэмбелл, чтобы она уговорила босса мафии Сэма Джанкану уладить дело со следователем, занимавшимся разводом. Джанкана, по словам Кэмбелл, посодействовал, и обвинения в адюльтере оказались недоказанными.

Следователем в деле Мередит был известный голливудский частный сыщик Фред Оташ. Он подтверждает правдивость истории, но добавляет, что к тому делу о разводе привлекались и другие мужчины. В одном документе ФБР, обнаруженном недавно, сказано, что в список входили такие имена, как: Дин Мартин, Джерр Льюис, Фрэнк Синатра и т. д. и т. п.

Оташ утверждает, что среди «и т. д. и т. п.» значился и Джон Кеннеди. Детектив говорит, что имя президента не фигурировало в деле о разводе только благодаря вмешательству мафии.

Случилось это, по словам Оташа, весной 1961 года. Ему позвонил Джонни Розелли, адъютант Джанканы, и договорился о встрече в ресторане «Браун Дерби», якобы «по просьбе министра юстиции». Оташ говорит, что Розелли буквально силой заставил его вычеркнуть имя Кеннеди из числа свидетелей. После встречи, на которой присутствовал и Джанкана, Оташ был вынужден подчиниться.

Джуди Мередит, с которой разговаривали уже в наши дни, отрицает любовную связь с Джоном Кеннеди. Человек, возбудивший дело о разводе по просьбе мужа Мередит, Питер Фэрчайлд, утверждает, что в документах действительно содержались сведения о причастности Кеннеди к адюльтеру.

Спорным во всей этой грязной истории остается утверждение Розелли, что вмешаться в дело Мередит ему пришлось «по просьбе министра юстиции». Естественно, никто из близкого окружения президента, не говоря уже о самом министре юстиции, лично не просил босса мафии замять историю супружеской неверности. Администрация Кеннеди (и в первую очередь министерство юстиции, возглавляемое неподкупным Робертом) больше, чем предыдущие Администрации США, затратила сил на борьбу с организованной преступностью. Однако дело Мередит могло иметь для Кеннеди тяжелые последствия, поскольку имя президента фигурировало в рискованном соседстве с именем Фрэнка Синатры и иже с ними.

Конечно, имя Джона Кеннеди могло прозвучать на слушании дела о разводе, но там же назвали бы и имена Фрэнка Синатры и его друзей. Вполне вероятно, что Синатра или кто-то из его сподвижников, узнав об этом, сказал о возникшей проблеме Розелли. То, что главный мафиози Голливуда сделал для Джерри Льюиса, он мог бы сделать и для Кеннеди. Для этого у него были свои причины.

Сэнди Смит, старый репортер «Лайфа» и «Чикаго Сан-Таймс», занимавшийся криминальной хроникой, является признанным авторитетом по всем вопросам, связанным с министерством юстиции и борьбой против организованной преступности в эпоху президента Кеннеди. Про дело Мередит и группу Синатры он сказал так: «В то время они были очень близки с Джеком Кеннеди. Им ничего не стоило оказать президенту услугу и шепнуть нужное слово на ушко Розелли. А тот рад был угодить президенту».

Тогда Синатра был довольно близок с президентом. Человек с политическими взглядами католика (потом выступал непоколебимым поборником Рональда Рейгана), он и его «клан» оказывали существенную поддержку Кеннеди во время выборной кампании. Песни Синатры «Весь путь» (All the Way) и «Высокие надежды» (High Hopes) стали звуковым символом кампании. Он способствовал взлету Кеннеди до президентских вершин, он помог ему с организацией праздника по поводу его инаугурации и в глазах общественности считался другом президента.

Что касается мафии, говорит репортер Сэнди Смит, то «эти ребята никогда не упускают возможности сделать что-то для правительства или для кого-то, кто в этом правительстве занимает видный пост, ставя таким образом ответственных людей в зависимость, которая в будущем может сыграть важную роль. Для Розелли это было очень характерно».

Не было ничего удивительного в том, что Розелли не без участия ЦРУ стал человеком, который мог бы предъявить счет кому-то из правительства. Незадолго до избрания Кеннеди на пост президента страны в том же ресторане «Браун Дерби», где позже Розелли замнет дело о разводе Джудит Мередит, он во время выпивки был завербован ЦРУ для участия в печально знаменитой серии заговоров, цель которых состояла в подготовке убийства Фиделя Кастро. Контракт управления с мафией, с Розелли и Джанканой в частности, действовал до 1963 года, когда ЦРУ разорвало его.

Ранним вечером 12 июля 1961 года Джанкана вошел в зал ожидания чикагского аэропорта «О'Хара». Это была обычная остановка на пути следования в Нью-Йорк. Его сопровождала Филиция Мак-Гир, самая высокая и самая прелестная из трех сестер Мак-Гир, составлявших в ту пору наиболее популярную женскую вокальную группу в Соединенных Штатах. Босс мафии был влюблен в нее по уши, и она уже давно ездила с ним повсюду.

В аэропорту их уже поджидали агенты ФБР, исполнявшие приказ министра юстиции Роберта Кеннеди. Они давно пытались выследить Джанкану, и сейчас им повезло: можно было, как говорится, достать его с помощью любовницы Филиции Мак-Гир. Двое агентов предложили Мак-Гир выбор: либо получить повестку в суд, либо немедленно подвергнуться унизительному допросу. Она предпочла второе, ее тотчас оттащили от Джанканы и отвели в служебное помещение.

Джанкана безуспешно возмущался, а затем поднялся на борт самолета и вскоре вернулся в зал ожидания, неся в руках сумку Мак-Гир и ее шляпу. Агенты ФБР при виде мафиози с дамской сумочкой в руках так и покатились со смеху. Тут Джанкана взорвался. Сегодня, когда нам уже многое известно из личной жизни президента Кеннеди, можно сказать, что тирада, которой разразился мафиози, сулила главе государства прямую угрозу. Вот строки из доклада ФБР:

«Тогда Джанкана показал, что он знает о намерении агентов сообщить о результатах его допроса своему «боссу», который, в свою очередь, сообщит о результатах их «верховному боссу» и «верховному боссу верховного босса», и он сказал: «Вы знаете, кого я имею в виду, я имею в виду Кеннеди». Потом он заявил: "Я знаю о Кеннеди все, а Филиция знает о Кеннеди еще больше, и в один прекрасный день мы расскажем все. Сегодня вы раздули пожар, который никогда не потухнет. Вы проклянете этот день..."».

Что имел в виду мафиози, говоря, что знает о братьях Кеннеди «все»? Когда агенты попросили его уточнить, что это значит, он от комментариев отказался.

Знал ли Джанкана только о связи президента с Джудит Кэмбелл? Или о президенте и Джудит Мередит? На что намекал, говоря, что Филиция Мак-Гир знает «гораздо больше»?

Когда в 1983 году я разговаривал с Филицией Мак-Гир, рассказывать про Сэма Джанкану она отказалась. Однако поначалу охотно разглагольствовала о Мэрилин Монро. Оказывается, Мак-Гир довольно хорошо знала Мэрилин. Они познакомились в Нью-Йорке, когда Мэрилин вышла замуж за Артура Миллера. Мак-Гир жила через четыре дома от Восточной 57-й улицы. Они виделись и потом, во время президентства Джона Кеннеди, но где и когда — Мак-Гир уточнять не стала. Джо, заявила Мак-Гир, и сегодня еще «мой дорогой друг».

Когда я задал Мак-Гир вопрос о Мэрилин и братьях Кеннеди, она без колебаний ответила: «Сначала у нее была связь с Джоном. С Бобом тоже определенно был роман... Их видели вместе в укромных уголках. И, знаете, это очень характерно для Кеннеди — передавать подруг от одного к другому: от Джо к Джону, от Джека к Бобби, от Бобби к Теду. Именно так они и поступали».

О Роберте Кеннеди, говорила Мак-Гир, явно передавая собственные впечатления, Мэрилин «хранила молчание, но после выпивки, особенно если была в подавленном состоянии, она становилась словоохотливой. Сперва свою близость она хранила в тайне. Потом она пыталась подтолкнуть его к определенному решению, потому что хотела выйти за него замуж...». В этот момент, разговаривая со мной по телефону, Мак-Гир вдруг занервничала. Когда я спросил ее, что думал Джанкана по поводу Мэрилин, она ответила: «Мне бы не хотелось говорить...». Мы условились встретиться, но она после этого на письма и звонки мои не отвечала.

Сведения, сообщенные Филицией Мак-Гир, тревожны уже сами по себе, поскольку естественно предположить, что то, что знала она, знал и Сэм Джанкана.

«Как в героях греческой трагедии, — написал Роберт Блейки, бывший главный юрисконсульт комитета конгресса, занимавшегося расследованием убийства Джона Кеннеди, — в характере президента был фатальный изъян, hamartia, который делал его уязвимым для нападок со стороны организованной преступности...»

Роковой этот недостаток заключался в любви президента к женщинам. В 1961 и в следующем году, ставшем последним в жизни Мэрилин, волокитство за женщинами, в том числе и за Монро, сделало братьев Кеннеди удобной мишенью для нападок всевозможного рода. Они были совершенно не защищены от давления мафии. Но, как видно, угрозу эту братья Кеннеди не считали достаточно серьезной.

Сенатор Сматерс, друг президента, считает, что тот мало беспокоился по поводу риска, которому подвергался из-за неумеренных сексуальных аппетитов. «Ему казалось, что там, где дело касалось жизни, он непотопляем, — признался мне в 1983 году сенатор, — он никогда не колебался».

Во время президентства Кеннеди Уильям Кейн, нынешний консультант по вопросам безопасности в Нью-Йорке, был инспектором ФБР, занимавшимся делами, связанными с организованной преступностью. О Роберте Кеннеди вспоминает он с восхищением. До сих пор он бережно хранит подаренный ему министром юстиции портсигар. С чувством легкого замешательства вспоминает он об одном интересном эпизоде, происшедшем в конце недели как раз накануне дня Труда4 1961 года.

Информаторы сообщили ФБР, рассказывает Кейн, что министр юстиции провел день где-то «в пустыне возле Лас-Вегаса, причем не с одной, а с двумя девушками на одеяле. Кто-то из преступного клана, воспользовавшись аппаратурой для телесъемки, сделал фотографии ... и мы получили сведения о том, что мафия собирается этими снимками шантажировать министра юстиции Соединенных Штатов. Достоверность этой информации подтверждали и другие источники».

По словам Кейна, предупредить Роберта Кеннеди об опасности выпало на долю Кортни Эванса, посредника между департаментом юстиции и Эдвардом Гувером. Министр юстиции, говорит Кейн, был в характерном для него виде: рукава закатаны, ноги лежали на столе. Выслушав, он неожиданно спросил, что Эванс собирается делать в предстоящие выходные. На этом их разговор и закончился. «Придать этому факту меньше значения, наверно, было нельзя, — полагает Кейн. — Потрясти его или заставить смутиться было так же невозможно, как полететь на луну».

Бывший помощник директора ФБР Эванс этот конкретный эпизод не припомнил, но заметил: «Вероятно, все именно так и случилось. Ходить на ковер с подобного рода информацией мне приходилось много раз. Такова была обычная реакция Бобби Кеннеди».

Он добавляет: «Когда мне доводилось сообщить министру юстиции о голословных утверждениях в адрес президента, он никогда не говорил ни «да», ни «нет». Он обычно оставался беспристрастным. Когда речь касалась его, он просто говорил: «Я не могу отвечать за то, что болтают обо мне другие люди». Я приходил туда, чтобы передавать информацию, но никак не для того, чтобы ее получать».

Эванс, которому довелось много ездить вместе с Робертом Кеннеди, вспоминает: «Единственным местом, где он в конце дня уходил один, был Лос-Анджелес. Тогда я подозревал, что он встречается с Мэрилин Монро. То, что было для меня только подозрением, другим было известно точно».

Неосмотрительность братьев Кеннеди была неразумной бравадой и не могла оставаться не замеченной их врагами. Роман с Мэрилин был явной оплошностью, поскольку доверять ей уже было нельзя: к концу 1961 года актриса как личность начала уже деградировать.

Примечания

1. Блюдо из лапши, подаваемое с пряным мясом и сырным соусом.

2. В рапортах бюро расследований при окружной прокуратуре Лос-Анджелеса за 1961 год имеются сведения о том, что Питер Лоуфорд занимался сбором денег в пользу соратника Коуэна Кэнди Барра, находившегося в то время за решеткой по обвинению в сбыте наркотиков. Лоуфорд «отчаянно стремился» получить компрометирующие звукозаписи с «вечеринок», которые он посещал в гостиной Барра.

3. При написании этой книги я обращался к Синатре, но получил отказ — так он обычно поступал во всех подобных случаях.

4. Первый понедельник сентября.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
  ??????.??????? Главная | Гостевая книга | Ссылки | Карта сайта | Контакты
© 2019 «Мэрилин Монро».